В России ежегодно крадут около полумиллиарда долларов на лекарствах от рака — Проект

От 10 до 20% стоимости каждой госзакупки дорогостоящих лекарств в России уходит на взятки чиновни:цам, руководитель:ницам больниц и силовикам, рассказала «Проекту» бывшая топ-менеджерка западной фармацевтической компании. Речь прежде всего об онкопрепаратах, а подтверждающие документы она передала изданию.

Масштаб потерь «Проект» оценил по открытым данным. Согласно отчету Cursor, в 2025 году российское здравоохранение закупило у восьми иностранных фармкомпаний лекарств на 386 млрд рублей. Даже если считать по нижней границе, названной собеседницей издания, за год коррупция «съела» около 38,5 млрд рублей, то есть почти полмиллиарда долларов.

Как устроена схема

Начинается все с бонусов, которые иностранные фармкомпании выплачивают своим российским дистрибьюторам в среднем в размере 30% стоимости препаратов, а на очень крупных тендерах эта доля доходит и до 60%. Фактически производитель возвращает посреднику часть стоимости уже проданного лекарства, но на цене, по которой препарат покупает государство, эта скидка почти не отражается.

Дальше деньги спускаются по цепочке, потому что дистрибьюторы делятся бонусами с мелкими компаниями-посредниками, которые и выходят на государственные тендеры, договариваются с главврач:ками и чиновни:цами о закупках и передают им взятки. Наличные на «взяточный фонд» эти фирмы добывают через обнал, оплачивая контрагентам фиктивные договоры на логистику, маркетинг или ремонт складов.

Собеседница «Проекта» объясняет это на конкретном примере: «Допустим, зарегистрированная цена препарата в России — 100 рублей. Фармкомпания-производитель платит бонус 30%, то есть основному дистрибьютору он обойдется в 70 рублей. Дистрибьютор, конечно, будет стараться как можно больше оставить себе, но 13-15% придется отдать «вторичнику», компании-прокладке, которая таким образом тоже получит бонус 13-15 рублей с пачки. Тогда цена для последнего — 85-87 рублей, а продадут препарат государству они за 100. Из 13-15 рублей с пачки 3-4 рубля субдистрибьютор оставит себе за услуги, а 9-12 раздаст в виде взяток».

Выгодна такая конструкция всем ее участни:цам, поскольку крупные производитель:ницы и дистрибьюторы остаются в стороне от передачи денег, а множество мелких фирм на тендерах создает видимость конкуренции и помогает удерживать высокие закупочные цены, объясняют источни:цы «Проекта» на фармрынке. В большинстве стран производитель:ницы лекарств бонусов поставщи:цам вообще не платят, а там, где платят, суммы несопоставимы: в Болгарии это 2—3%, в Саудовской Аравии 7—8%, в Южной Корее 6—9%, в Турции до 10%, в Бразилии до 15%.

Кто зарабатывает

По подсчетам аналитик:есс Cursor, первую пятерку по объемам продаж онкопрепаратов в госучреждения в 2025 году составили «Фармстандарт» Виктора Харитонина с 28,1 млрд рублей, «Р-фарм» Алексея Репика с 24,7 млрд, «Биокад» под контролем «Фармстандарта» с 21,5 млрд, «Ирвин», среди совладел:иц которого семья бывшего охранника Путина Алексея Дюмина, с 17,1 млрд, и «Нанолек», тоже контролируемый «Фармстандартом», с 15,1 млрд.

Главными бенефициар:ками схемы «Проект» называет Репика и Харитонина, однако в коррупцию фармкомпаний, по данным издания, встроены и куда более влиятельные люди — обе дочери Путина Мария Воронцова и Катерина Тихонова, семьи главы «Ростеха» Сергея Чемезова, министра здравоохранения Михаила Мурашко и главы МИД Сергея Лаврова, а также Фатима Хазуева, одна из жен главы Чечни Рамзана Кадырова. Подобные схемы пытались расследовать и власти США, но этому воспрепятствовала администрация Трампа.

Контекст

Коррупция при закупках лекарств уже не раз становилась предметом уголовных дел, в том числе против крупнейших дистрибьюторов. В 2019 году менеджера «Р-Фарма» осудили за взятку главврачу больницы в Хакасии, а в 2021 году директора филиала «Фармимэкса» — за подкуп руководителя Пензенского онкодиспансера.

Похожие дела появляются и сейчас. В мае 2026 года Октябрьский районный суд Ставрополя арестовал бывшего главврача Ставропольского краевого клинического онкологического диспансера: по версии следствия, он получил через заведующего аптекой диспансера 12 млн рублей от директора фармацевтической компании за то, чтобы подготовить техническое задание на закупку лекарств именно у нее. Дело возбудили по ч. 6 ст. 290 УК о получении взятки.

Схема с фиксированным процентом от контракта тоже встречается в материалах дел. Главврача Канской межрайонной больницы в Красноярском крае задержали сотрудники полиции и ФСБ при участии Росгвардии: он заключил с фармдистрибьютором восемь контрактов на поставку противоэпидемиологических костюмов на 4,8 млн рублей и получил за это 10% от суммы сделки, то есть 480 тысяч рублей. При обысках в его квартирах в Красноярске и Канске изъяли 940 тысяч рублей, иностранную валюту, технику и документацию.

Одновременно с этим государство сокращает помощь самим онкобольным. В 2024 году на проект «Борьба с онкологическими заболеваниями» закладывали более 140 млрд рублей ежегодно, однако к октябрю 2026 года освоение этих денег упало на 82%, а на 2027 год вместо обещанных 144,9 млрд рублей в бюджете осталось всего 3,9 млрд.